№ 1
16 мая 1870 г.
Всепресветлейший, державнейший, великий государь император Александр Николаевич, самодержец всероссийский, государь всемилостивейший
Просит Летичевского уезда Домско-Каричинецкой волости с. Домских Каричинец крестьянин-собственник Роман Тимофеев Цисарь, а в чем состоит его прошение, тому следует пункт к сему:
Неестественное господство евреев над христианами, их буйство и своеволие заслуживают наконец, чтобы обращено было на это особое внимание начальства. Расширение их власти над последователями господствующего вероисповедания приносит не только ощутительное бесславие для национальной чести нашей, но вредно отзывается даже и на здоровье некоторых из нас; слышал я, что все это не терпится государственными законами и положительно отвергается ими для народного благоденствия.
Я, сотский с. Домских Каричинец, сознавая свою обязанность, наблюдаю за чистотою в селе и опрятностию путей сообщения в нем, но евреи, привыкшие от природы к нерадению и всякой нечистоте, засаривают улицы и затрудняют пути по большим проезжим дорогам села. Так, 11-го числа текущего месяца мая, приказчик арендатора с. Домских Каричинец Штока— еврей какой-то Шая, понакидывал огромные кучи навоза вдоль по большой покатистой улицы села. Предвидев, что каждый проезжающий, особенно ночью, может невзначай наехать на кучу навоза, неминуемо опрокинется и вследствие этого может потерпеть вывих, ушиб ан другое увечье, я сказал приказчику еврею Шае, чтобы он заставил своих работников, конечно христиан, раскидать эти кучи навоза, как представляющие опасность для проезжающих. Шая обругал меня самыми низкими площадными словами и не исполнил моего ему предложения. Я донес об этом старшине, который сказал представить Шаю в волостное правление. Еврей Шая, услышав от меня призыв его в волостное правление, сказал мне, чтобы я вместе с ним прежде отправился к его хозяину арендному владельцу с. Домских Каричинец еврею Абрамку Штоку, который, если скажет ему сходить вместе со мною в волость, то он немедля пойдет туда. Не подозревая здесь никакой хитрости, я отправился с ним к еврею, владельцу имения, который, поговорив что-то со своим приказчиком, разъярившись, стал мне отсчитывать полновесные пощечины то в то, то в другое лицо совершенно без всякого повода к тому с моей стороны. Я не оказывал по бессилию своему никакого сопротивления, но только возбуждал внимание к тому бывших при том свидетелей. Пощечин отвесил он мне вперед четыре, а после 10, всего 14 пощечин.
Такой фанатический поступок еврея — владельца с. Домских Каричинец, во-первых, оскорбил во мне национальное чувство — чести; во-вторых, оскорбил мое религиозное чувство; в-третьих, поругался над правами драгоценной свободы, высочайше нам дарованной; в-четвертых, нанес публичное бесчестие для закона, явно охраняющего во мне самого крайнего деятеля для государственного благоустройства.
Поступок Штока велик, а потому и удовлетворение меня со стороны его должно быть цены высокой — за каждую пощечину я требую 50 руб. серебром, а за 14 пощечин [должен] уплатить мне еврей Шток 700 руб. серебром, хотя и этим он далеко не искупит той обиды, какую причинил мне.
Вследствие чего всеподданейше прошу:
Дабы велено было сделать кому следует надлежащее по этому делу формальное расследование, подвергнуть еврея Штока до скончания дела законному аресту и взыскать с него в мою пользу то удовлетворение, которое вызвано его дерзким, фанатическим поступком.
Мая 16 дня 1870 г., собственник Роман Тимофеев сын Цисарь, а за него неграмотного по личной его просьбе и рукоданному перу расписался крестьянин Василий Павлов сын Мыснович. Сие прошение составлял со слов просителя и переписывал крестьянин Василий Мыснович. Подлежит к подаче в Летичевское уездное полицейское управление. Место жительства просителя в с. Домских Каричинцах 1-го стана.
ГА К-П. Ф. 4. Оп. 1. Д. 1322. Л. 3-4 об. Оригинал.
Прошение на имя пристава 1 стана Летичевского уезда сотского с. Каричинец Домских Л. А. Савия
27 июня 1871 г.
Его благородию господину приставу 1 стана Летичевского уезда сотского с. Домских Каричинец того же уезда крестьянина-собственника Лукияна Аверкиева Савия і
Прошение
Сельский староста с. Домских Каричинец Андрей Зинькив послал меня к посессору того же села еврею Абрамку Штоку разузнать, почему он не приходит за своими волами, содержащимися под надзором местного волостного правления по случаю займа их козаками с потравы крестьянских яровых хлебов. Повстречав в сенях дома жену еврея Абрамка Штока, и не успев объявить ей о причине своего прибытия в ее дом, как она привязалась ко мне со страшною яростию, от чего покинула ее моя родная сестра, состоявшая у нее в годичном услужении в числе другой христианской прислуги. Еврейка эта, в заносчивости и фанатизме ругая меня — христианина — самыми унизительными словами, между прочим сказала: «Я содру с тебя кожу, как с ужа [...], если ты не приведешь сестры обратно», — на что я с своей стороны ответил ей: «Если бы у вас было христианским слугам хорошо и если бы вы обращались с ними по-человечески, то они не кидали бы службы у вас». Такая аргументальная справедливость задела, видно, озлобленную еврейку и она с львиною яростию накинулась на меня и давай со всего размаха хлестать меня по роже, пока не прошла запальчивость и не последовала усталость. Во время такой бесчеловечной операции с собою я стоял как вкопанный от неожиданности и изумления, что, соответственно, предоставляло еврейке возможность еще более храбриться. Но, почувствовав уже сильную боль, разлившуюся по всей голове от учащенных и сильных более 15 ударов, ощутив слом кости, щемление зубов и кружение головы, я сказал ей: «Пани Штокова, что вы делаете: я не могу выдержать, а у палки есть два конца». Еврейка остановилась, а бывший при этом посессора Абрамка Штока эконом Матусевич сказал мне: «Не задевай ее, пусть она тебя бьет, а ты ее не трожь», — и с этими словами мы вышли из сеней под навес крыши дома. Еврейка, отдохнув немного и собравшись с новыми силами, выбежала за нами и давай меня еще на дворе хлестать по роже обеими руками то в ту, то в другую сторону лица, наконец, схватив хворостину, хотела еще и хворостиной стянуть меня несколько раз, но я, будучи уже на дворе, на свободе, а не в четырех стенах, выхватив из рук ее хворостину, — убежал.
Вот как обращаются евреи с христианами в с. Домских Каричинцах! Это уже другой пример нанесения страшных побоев евреями сотским села, при исполнении ими обязанностей своей службы. Прошедшего года посессор с. Домских Каричинец еврей Абрамко Шток сам собственноручно дал 15 раз в рожу моему предшественнику сотскому села крестьянину Роману Цисарю при исполнении им своих обязанностей, а теперь жена того же самого еврея, к стыду всего человечества, дала мне в рожу при исполнении долга моей службы более 20 раз. Очевидно, что безнаказанность по первому преступлению, повлекла за собою другое фанатическое преступление. Свидетелями при нанесении мне побоев еврейкою, женою посессора Абрамка Штока были: эконом его Матусевич, крестьянин Николай Юзьков и однодворческие сыновья: Янко Корыбутов и Янко Красницкий.
Доводя о таком, выходящем из ряда обыкновенных, поступке еврейки жены Штока к сведению вашего благородия, я покорнейше прошу обратить на то особое свое внимание и предать виновную уголовному суду, чтобы моя жестокая обида, причиненная мне во время исполнения мною долга моей службы, а следовательно, нанесшая оскорбление государственному закону, — не осталась бы не наказанною.
О сем просит Летичевского уезда с. Домских Каричинец сельский сотский крестьянин-собственник Лукиян Аверкиев сын Савий, а за него неграмотного по его личной просьбе по рукоданному перу расписался Корнилий Мапярович.
Июня 27 дня 1871 г.
ГА К-П. Ф. 4. Оп. 1. Д. 1332. Л. 1-2 об. Оригинал.
